Обнуление сроков. Куда летит «паровоз»?

«Иного нет у нас пути…» только обнуление сроков

Вот и сейчас, когда подготовка к процедуре по выражению отношения к поправкам к Конституции РФ («голосованием» называть её как-то язык не поворачивается) вышла практически на финишную прямую, тоже возникает сомнение: правда ли, что с принятием всех этих изменений и корректировок мы сможем улучшить жизнь для себя и своих близких? Произойдет ли обнуление сроков для Президента? Хотя бы – так, в масштабах семьи, а не то что страны…

Практика человеческой жизнедеятельности многократно убеждала, что путь к «светлому будущему» далеко не всегда прямолинеен и что на этом пути будут попадаться и препятствия, что иной раз придётся (и не единожды!) искать какие-то обходы, даже временами возвращаться на исходные рубежи. Именно такого, сложного и подчас опасного, пути никак не избежать. Но возможно ли как-то изменить маршрут движения на этот раз?..

Насколько вероятно очевидное…

В череде стремительно сменяющих друг друга событий, наверное, трудно сразу рассмотреть то «звено, потянув за которое, можно вытащить всю цепь». Так и с поправками к Конституции РФ. То создавалось впечатление, что верховная власть в стране озабочена обеспечением «транзита»: да, до президентских выборов 2024 года – ещё почти что как «пешком до Луны», да и выборы депутатов Государственной Думы – не завтра, но какие-то неведомые (возможно, до поры) причины подталкивают к форсированию событий. Через какое-то время, весьма непродолжительное, появились другие поправки (про Бога, союз мужчины и женщины и т.п. и т.д.), отодвинувшие в сторону темы «Государственного Совета» и подобные. И вот, словно чёртик из табакерки, «выскочила» инициатива (напомним, обнародованная Валентиной Терешковой со ссылкой на якобы «народные» просьбы) об обнулении сроков президентских полномочий. При этом едва ли кто поручится, что ассортимент подобных сюрпризов на этом окажется исчерпанным. Пытаться тут гадать – затея тщетная. А вот анализ, он может (хотя и с определённой долей вероятности) позволить представить себе картину нашего будущего. Не в деталях, конечно, – в общих, но «читаемых» чертах.

Очень даже близкими к реальности видятся наблюдение и выводы из него, предложенные в посте Фёдора Крашенинникова в интернет-издании «Republic», озаглавленном «Эпоха ясности: пожизненная диктатура без тайн и перспектив». Дело даже не в «удивительной исчерпанности и примитивности самого Путина и его режима», не в «прямолинейном и тупом варианте» и не в бездарных импровизациях. Ожидание новых возможностей при новой конфигурации власти рассыпалось во прах: ибо предложенная (по крайней мере, на момент написания этих строк) схема «оказалась простой и брутальной», она «никак не изменила ситуации, обнулив не столько президентские сроки Путина, сколько надежды самых разных людей хоть на какие-то изменения без потрясений».

Трудно не согласиться с Фёдором Крашенинниковым в том, что есть в происходящем что-то балаганное, даже, возможно, фантасмагоричное. Что вскоре и проявилось (и со всей стремительностью развилось в конкретных нормотворческих действиях и Государственной Думы, и Совета Федерации). Есть, как видится, здравый смысл в словах блогера: «Особенно балаганно выглядела мизансцена, в которой важнейшая поправка вносилась как бы внезапно и с голоса – диковатое решение в ситуации, когда речь идёт о Конституции. Но если все это «улучшение Конституции» – балаган с самого начала, то чему удивляться? Спасибо ещё, что идею подал не какой-нибудь явившийся на порог Думы юродивый с повелением от Матронушки. Вечный депутат Терешкова в этой роли всё-таки приличнее выглядит, хотя складывается ощущение, что её решили активировать в последний момент. Так что может быть изначально и юродивые были в сценарии, просто проверку ФСО не прошли, кто ж знает?»

В плане анализа происходящего весьма полезным подспорьем видятся замечания, приведённые общественно-политическим порталом «Online812.ru». Одно из них сделал политик Дмитрий Гудков, говоря о перспективе «пожизненного царствования» Владимира Путина. Этакие «36 лет гибридной монархии».

В том, что Россия после такого демарша обретает уверенность в завтрашнем и послезавтрашнем дне, нимало не сомневается Антон Орехъ. Другой вопрос, каков он, этот день (или каково оно, это дно). Эту реплику лучше процитировать целиком: «Я теперь точно знаю, что лучше в моей стране уже не будет. В моей стране теперь может быть только хуже и весь вопрос в том, насколько и как скоро это хуже наступит. Через несколько лет мы получим ситуацию, когда страной будет править плохо соображающий старик, за спиной которого Россию станут рвать на куски его приближённые. Для страны это – абсолютный кошмар. Либо дело завершится бунтом или переворотом. Лимит на революции исчерпан, говорит Путин? Он только что дал старт будущей революции!

Дальше, каждый должен сделать выбор для себя сам, как ему жить. Смириться с тем, что в России столетиями так и было? Утешать себя тем, что наши деды всю жизнь прожили при большевиках и всё равно им есть чем гордиться? Бежать, куда глаза глядят, чтобы спокойно провести остаток жизни на теплом острове или высоко в горах? Или попытаться понять, что наша страна такая лишь потому, что мы позволяем власти делать её такой».

Сложно не признать близким к реальности восприятие россиянами неготовности «к поистине лошадиной дозе лицемерия и цинизма, что впрыснул в общественный организм Владимир Путин», о чём высказался Артемий Троицкий. Политолог выразил уверенность не только в том, что едва ли возможно ожидать каких-то принципиальных изменений и роста степени лояльности к режиму. Да, возможно, повысится слегка «градус безнадёжности» и интенсивность «свала». Как и то, что «за границей к президенту России прилипнет стандартное погоняло «диктатор». Его настроение и состояние здоровья от этого не улучшится».

Юридические «декорации» для театра абсурда

Интересные, хотя и пространные, размышления о правовых аспектах затеваемых преобразований в России предлагает в посте в Facebook финансист Андрей Мовчан (текст приведён также на сайте радио «Эхо Москвы»). Попытаемся вычленить основное.

Добавка «непопулярного прагматизма в романтическую среду политической дискуссии» показывает следующее. Отправной точкой можно считать утверждение блогера о том, что «Россией управляет (и использует это в своих интересах) более или менее консолидированная группа лиц, выстроенная в рыхлую иерархию, отдалённо напоминающую верхнюю часть иерархии так называемой примитивной группы (термин, а не оскорбление)». Второе важное замечание – о положении индивидуума в иерархии этой группы, определяемом «неформальными преимуществами и возможностями (связи, обязательства, наличие капитала, репутация внутри малой группы и пр.)». В таких условиях, полагает Андрей Мовчан, «формальная система (законодательство в том числе) используются не как источник власти и положения, а как внешняя маскировка истинных отношений и способ коммуникации власти широкому обществу (проще говоря – надо же на что-то ссылаться, объясняя населению, почему кто-то может больше, а кто-то меньше). Поэтому законодательство противоречиво и туманно (что хочешь можно объяснить), судебная система полностью зависима и является частью пирамиды».

Важным в таких условиях, как полагает блогер, является понимание того, что «нынешней властной группе не требуется законодательство для сохранения власти, все его изменения, доработки, дополнения нужны лишь для коммуникации с обществом; часто – просто чтобы занять общество дискуссией и обеспечить иллюзию движения куда-то в лучшее будущее».

И все изменения Конституции оказываются на поверку «смесью обычной маскировочной работы, энтузиазма низовых членов иерархии, бюрократического экстаза и развлечения идеологов». Сохранение власти в неизменном виде или же какие-то перемены при таком раскладе фактически не зависит от того, как решится судьба поправок. Голосование «против» «обнуления сроков» столь же бессмысленно в этой ситуации, как и голосование «за». Вопрос даже не в «послушности большинства», о чём власть предержащие заблаговременно позаботились, и даже не в особенностях российского законодательства (с незапамятных времён оно таково, что «куда повернул – туда и вышло»), а в том, что ничего не изменится по сути «вне зависимости от результатов голосования».

Андрей Мовчан убеждён в неправильности позиции, характеризуемой подходом: «голосуя против мы можем показать, что действия власти нелегитимны, она не имеет всенародной поддержки, это увидят люди и присоединятся». Почему? Он ссылается на исторический опыт, подсказывающий, что «свергнутые диктаторы непосредственно перед свержением набирали куда больший процент голосов, чем набирает в последнее время, например, Владимир Путин или партия власти в России. Наоборот, властные группы, пользующиеся публичной поддержкой сравнительно маржинального большинства граждан, могут устойчиво управлять странами в течение десятилетий».

Ошибочным решением блогер называет и ссылку на чилийский опыт. Каков бы ни случился расклад по итогам голосования, оно «ничего не будет менять». Для того, чтобы начать движение в сторону перемен, Андрей Мовчан считает необходимым «принять несколько простых истин».

Первая из них заключается в том, что «конкуренция за власть требует конкурентов, способных конкурировать». Хотя «конкурентное поле зачищено властью», это не означает «отсутствия конкурентов, хотя бы отдалённо обладающих способностями посоревноваться». Способности эти «определяются возможностью (при определённом изменении обстоятельств) перетянуть на себя существенную часть крупных акторов существующей пирамиды, либо «взорвать» пирамиду – разрушить основные связи, в ней существующие (последнее, к слову, может быть даже хуже сохранения нынешней власти, и вряд ли кто-то из нас этого всерьёз хочет). Таких людей и такие группы надо растить последовательно и очень разумно; сегодня в России для этого ничего не делается. Что совсем плохо – такие акторы есть у групп, приход к власти которых будет ещё хуже, чем существующая власть».

Второе, по оценке Андрея Мовчана, заключается в том, что ослабление власти и усиление её оппонентов происходит при сокращении основных (неформальных) источников власти. При этом основным источником власти в нашей стране (вспомним о том, что автор поста – экономист) является «поток доходов от добычи и продажи углеводородов, который централизован в достаточной степени, чтобы обеспечить власть ресурсами на «подкуп» пирамиды власти, оплату своей безопасности и поддержание широких слоёв общества в состоянии, когда лояльность по критерию «риск-выгода» предпочтительнее нелояльности. Последнее достигается не только дистрибуцией части доходов в пользу населения (хотя это – значимая часть), но и щедрым финансированием информационного воздействия на общество…» Андрей Мовчан считает, что возможности существенного изменения потока «нефтедолларов» в обозримой перспективе нет. Поток этот изменится, считает он, но это будет когда-то потом. Не сейчас.

Третьим тезисом Андрея Мовчана является утверждение о том, что ««Опрокидывающие» голосования случаются не «вдруг»; их можно предвидеть, наблюдая активность общества, падающую уверенность власти, её готовность на компромиссы. Кроме того, общество никогда не голосует «против» – оно голосует только «за». Чтобы оно проголосовало «за» оппозицию и против власти (скажем – против поправок), оно должно понимать, «за» что это голосование…» Оппозиция, понятное дело, хочет видеть Конституцию иной, чем сейчас, но какой именно – ясности нет.

Едва ли возможно усомниться в том, что Андрей Мовчан оставил, как говорится, на десерт. То, что считает важным. А именно: «Борьба против власти – это либо борьба за власть (и увольте меня от такой борьбы жабы с гадюкой), либо борьба за несбыточную мечту о другой, хорошей, власти – а я фантазиями не увлекаюсь. Бороться надо не за одни фамилии против других фамилий, а за условия, при которых самые плохие фамилии будут вынуждены вести себя прилично. Эти условия определяются не законами, а институтами, открытостью страны, уровнем образования общества, мобильностью населения. Хотите лучшей власти – вносите свой вклад в науку, образование, создавайте рабочие места, не зависящие от власти, помогайте студентам учиться и работать за рубежом, будьте сопричастны диаспоре русскоязычных в мире (она свободна во взглядах и их выражении, из неё безусловно сформируется актив для создания демократической России, если такое случится когда-нибудь), будьте активны в своём малом мире – в доме, коллективе на работе, посёлке…» Конечно, утверждение о возможности создания «рабочих мест, не зависящих от власти», или всего остального не лишено некоторой наивности (по мнению автора этих строк, есть что-то такое, поскольку в нём недооценивается роль права в организации и обеспечении деятельности этих самых мест). Но в целом – стоит того, чтобы прислушаться и, хотя бы, задуматься. Но размышлять нужно не только об этом.

«Начало войны, объявленной народу»

Чтобы оценить перспективы развития ситуации, в которой мы сегодня находимся, представляется важным ознакомиться с точкой зрения, представленной известным политиком Геннадием Гудковым в его посте в Facebook. Первое, но не единственное, достойное внимания замечание заключается в том, что «в России президент Путин окончательно сбросил все маски – просвещённого «отца нации», юриста по образованию, человека, уважающего (пусть совсем чуть-чуть) Конституцию и Закон. Политика, желающего, наконец, войти в историю с хоть с каким-то знаком плюс. Всё!..» Одобрение обнуления сроков президентства показало, что «…вместо органов власти (президента, Парламента и др.) завершила своё формирование большая Организованная Группа Подельников. Она публично и нагло, прямо на глазах изумленного народа, совершила анти-государственное преступление, называемое «захват и насильственное удержание власти», за которое всем его участникам, как бы сказал его главный организатор на языке питерской подворотни, «двадцаточка ломится»».

Если первоначально «разрушение Конституции ради вечного правления Путина» виделось в виде двухактного действия, то необъяснимая торопливость российского президента привела к слиянию этих действий в одно. И «…ради этого спектакля Путин не поленился лично спешно прискакать в презираемую им Госдуму, хотя между его «робким» признанием возможности продления сроков царствования и принятым ГосДурой решением не прошло и 24 часов. Неуёмная жажда вечной власти, которую демонстрирует российский президент, толкает его на удивительную и непродуманную спешку, как будто за ним гонятся злые волки. Момент «коронации» им выбран крайне неудачный: падение личных рейтингов, обвал рубля, начавшаяся торговая война с ОПЕК, угрожающая разрушить последние источники доходов страны, да ещё надвигающийся мировой экономический кризис из-за эпидемии коронавируса! Выйти сейчас с идеей своей вечной власти мог только одержимый!»

По мысли Геннадия Гудкова, «…после решения править вечно власть в России может смениться только путём её свержения: все остальные возможности законопачены и даже забетонированы. В Кремле решили «по беспределу» «мочить в сортире» всё, что даже ТЕОРЕТИЧЕСКИ может угрожать свержением режима…» И, исходя из такой установки, режимом взят курс на максимально жёсткое, даже жестокое подавление любого мало-мальски возможного инакомыслия и противодействия: «…Путин демонстрирует, что жестокость подавления любого уличного протеста станет максимальной, жалости не будет ни к кому. Потому что он прекрасно осознает: массовый выход людей на улицы – единственное, что угрожает его господству. Репрессиям, пыткам, жестокости, расправам дана «отмашка» на самом высоком уровне, и, поверьте, мы с вами видим только начало войны, объявленной Путиным российскому народу».

По сути, произошло то, что Россия стала другой страной, «лишённой даже призрачной надежды на светлое будущее», «обречённой на очередную историческую трагедию и масштабные потрясения». Как предполагает Геннадий Гудков, большинство населения осознает это, но гораздо позже, когда «маховик необратимых драматических событий наберёт силу».

«Спецоперация в отношении Конституции» – обнуление на финишной прямой

Обстоятельный анализ происходящего приведён в статье Григория Явлинского, опубликованной на его личном сайте и воспроизведённой некоторыми медиа-ресурсами. Вся процедура корректировки Конституции РФ придумана в Кремле «для окончательного оформления несменяемости персоны президента», говоря словами известного политика, «во всех своих составляющих является незаконной, неправовой и не соответствует действующей Конституции ни по содержанию, ни по форме».

Что это означает, какие последствия за собой влечёт? Как полагает Григорий Явлинский, «окончательная делегитимация, то есть лишение всякой законности, Конституции страны ставит под удар будущее России…» Во-первых, говоря о механизме принятия вносимых Президентом РФ поправок, он указывает не только на явное игнорирование законодательно установленных норм (и в части содержания поправок, и в части «технологии» их внесения в текст основного закона страны), но и на то, что эти корректировки «противоречат положениям действующей Конституции, нарушают базовые права и свободы граждан России».

Во-вторых, при подготовке разрабатываемых поправок не предоставлено (хотя требуется по закону) «обоснование необходимости каждой конституционной поправки». И это обоснование, как подчеркнул Григорий Явлинский, «отсутствует не по небрежности, а потому что реальные мотивы изменения Конституции тщательно скрываются от общества: речь идёт о попытке юридического оформления корпоративного номенклатурно-бюрократического государства с идеологией демагогического патриотизма, и всякое иное объяснение будет очевидно фальшивым и чрезвычайно запутанным».

В-третьих, предлагаемые Владимиром Путиным поправки к статьям, которые распространяются на статьи с 3 по 8 главы, «касаются принципиально разных тем». А это противоречит требованиям закона «О порядке принятия и вступления в силу поправок к Конституции РФ».

В-четвёртых, Григорий Явлинский обращает внимание на грубое нарушение порядка голосования за поправки (такой порядок законодательно закреплён ещё в 1998 году), в том числе – и в установлении отведённых сроков.

В-пятых, «незаконным и неконституционным является и распоряжение Путина о подготовке плебисцита («всенародное голосование» по поправкам, по сути, превращается в плебисцит о фактически бессрочном правлении Путина). Ни 136-я статья Конституции РФ, ни закон 1998 года не предусматривают возможности проведения такого голосования…»

Незаконный процесс, старт которому был дан 15 января 2020 года, как его определил Григорий Явлинский, – это «мина под наше будущее». Вследствие этого «рано или поздно Конституция страны будет вполне обоснованно признана обществом или его частью незаконной, и это станет предметом острого гражданского конфликта».

Люди, «облечённые в силу обстоятельств огромной властью, но не осознающие адекватной этой власти ответственности», преследуют единственную цель – удержать в своих руках эту самую власть, и мотивом таких действий является «волюнтаристское приспособление государства к своим корпоративным целям и весьма сомнительным представлениям об исторической и философской сущности России, а также о её месте и роли в мире».

Григорий Явлинский акцентирует внимание на том, что «…без регулярной сменяемости власти нельзя преодолеть коррупцию, воровство, тотальное гниение системы управления. Без сменяемости власти невозможно участие общества в управлении страной, социальные лифты не работают, а разрыв между народом и властью на всех уровнях всё больше превращается в пропасть. Наконец, без сменяемости власти страна так и останется крайне уязвимой для тех самых внешних воздействий, которых так боится Путин. Потому что в стагнирующей коррупционной системе невозможно построить сильную экономику, невозможно гарантировать безопасность граждан».

Критически оценивая высказывание председателя Центризбиркома Эллы Памфиловой о «комплексном обеде», политик говорит о том, что оно «предельно цинично и крайне унизительно для граждан, а по существу говорит о том, что речь идет вовсе не о поправках к действующему Основному закону, а о совсем другой Конституции. При этом вся законная процедура её создания, обсуждения и принятия сознательно отброшена, вместо этого наспех придуман абсолютно неправовой эрзац. В унизительное действо по его воплощению вовлекаются Федеральное собрание, Верховный и Конституционный суды, региональные законодательные собрания, отрекающиеся от своей субъектности, и Центризбирком. Апофеозом антиконституционного процесса станет «всенародное голосование», которое повяжет всех общенациональной круговой порукой»».

Что может последовать далее – и гадать не надо. Тот «паровоз», «локомотив», в виде которого образно можно представить Россию, окажется на пути, ведущем даже не в тупик – в пропасть, в обрыв. За чертой, отделяющей от «несостоявшегося государства» (в статье Григория Явлинского даже используется англоязычный термин «failed state»), остаётся лишь одна видимая перспектива – очередной распад России. При такой ситуации «слабое корпоративно-авторитарное государство, которое утвердит эрзац-конституция, с грядущими проблемами и вызовами заведомо не справится. Это станет причиной многих бед и, возможно, трагедии».

Наверное, всем здравомыслящим людям понятно (или может стать понятно в какой-то перспективе), что о долговечности связываемых с «обновлённой» Конституцией РФ перемен едва ли уместно говорить и даже думать. Эклектизм, неправовой характер создаваемой конструкции порождает не просто сомнения в работоспособности документа – он, как и всё происходящее в настоящее время, повлияет и на страну, и на судьбу каждого её гражданина.

Вполне очевидным воспринимается и фиаско самого Владимира Путина как политического деятеля, а не только как главы государства. При росте неуверенности и нестабильности, вопреки всем утверждениям проявляющимися всё сильнее, при активизации борьбы группировок потребуются какие-то значимые действия. Тогда, как полагает Григорий Явлинский, когда назрела насущная потребность в институциональном укреплении государства, получается «инструментализация» Конституции РФ. А если говорить о «таких вопросах, как экономика и благосостояние людей, в заданных рамках вообще говорить не приходится. Места нет».

Предлагаемый вниманию читателей статьи Григория Явлинского вывод, возможно, не во всём и не всем увидится безукоризненным, но, нет сомнений, стоит прислушаться к мнению мэтра демократического движения в России, задуматься о возможных путях выхода из сегодняшней ситуации. Едва ли возможно сомневаться в том, что «результативное сопротивление этому возможно только через осознание активной частью общества необходимости заниматься политикой». Другой вопрос – насколько основательным является предложенный шаг, та альтернатива, которая отражает «растущий запрос на перемены». Дело в том, что в России сформирован Общественный конституционный совет, и он разработал поправки к Конституции РФ и предлагает их «в полном соответствии с действующим законодательством». По мысли Григория Явлинского, эти поправки (разработанные параллельно тем, что продвигались Президентом России, парламентариями и др.) открывают дорогу «к построению в России сильного современного демократического государства». Голосовать против путинских поправок, бойкот голосования – меры в современных условиях недостаточные. Нужно «поддерживать альтернативу» (правда, по мнению автора этих строк, решительно непонятно, каким образом дать ей ход), ведь цель этого альтернативного проекта поправок – «не борьба за «место под солнцем» в путинской мафиозно-корпоративной системе и не самосохранение в надежде её физически «пересидеть», а недопущение институционального закрепления этой системы, сопровождаемого разрушением легитимности российского государства…»

Обнуление: проблемы для президента? Или для страны?

Размышление на эту тему представило агентство «Росбалт», предоставив возможность высказаться научному руководителю Центра исследований модернизации Европейского университета в Санкт-Петербурге Дмитрию Травину. Блог начинается с характеристики поведения Владимира Путина – во время пресс-конференций, когда уверенность российского президента непревзойдённая, и во время «исторической» речи в Государственной Думе: тогда глава государства «совсем не выглядел победителем. Это был пожилой и несколько растерянный человек, без всякого блеска зачитывающий текст по бумажке». И во время его выступления у автора блога «возникало чувство, будто президент входит в новый, незнакомый ему мир – и плохо понимает, как этот мир его примет». Согласитесь, весьма показательная характеристика.

Однако даже то, что «дальнейшее пребывание на троне Путин себе действительно обеспечил» и что «с народом договорился, пока тот безмолвствовал», вовсе не означает безоблачных перспектив. Серьёзные проблемы, о которых как о вполне вероятной перспективе говорит Дмитрий Травин, связаны даже не с рядовыми россиянами: жители страны «постепенно теряют интерес к вождю и переключаются на бытовые вопросы, понимая, что при Путине их жизнь улучшаться уже не будет». Конфликты «станут возникать во властных кругах, для которых президент отнюдь не является незаменимым».

Сравнивая сегодняшнюю ситуацию с той, что была пережита в советские годы, санкт-петербургский исследователь высказывает предположение о возможной сложности – внезапном падении уровня жизни. При том, что «в советской автаркической экономике резкого ухудшения быть не могло», нынешнее положение дел совершенно иное: Россия сильно зависит «от цен на нефть и конъюнктуры мирового рынка», что не исключает «резких провалов». А это означает возможность сочетания «политической апатии» с «бурным недовольством».

Поскольку придумать какие-либо формальные основания для продления правления Владимира Путина ни ему самому, ни его окружению так и не случилось, то пришлось изыскивать способ «остаться легитимным неформально».

Прогноз Дмитрия Травина таков, что очень для сегодняшнего российского лидера велик риск оказаться «заложником своих силовиков»: «…Впервые в жизни Путин влезает в ситуацию, при которой ему ничего не остаётся, кроме «штыков». То есть кроме силового подавления возможного недовольства».

Когда именно случится потребность в применении силы (возможно, после 2024 года), да и случится ли вообще – пока что вопрос открытый. Важнее и актуальнее другое.

Проблема для Владимира Путина, говоря словами автора блога «Росбалта», состоит в том, что «массам будет плевать на бывшего главного харизматика страны. А это значит, что персоналистский режим превратится в своеобразную «хунту», т.е. коллективное правление группы обладающих силой людей. Путин не будет единолично принимать ключевые решения, а многие вопросы с годами начнут решаться вообще без него».

Говоря о российской исторической практике, Дмитрий Травин утверждает, и для этого есть все основания, что было немало случаев, «когда силовики (или шире – правящая группа) решали резко изменить правила игры. Если вдруг «хунте» в сложной ситуации понадобится найти виновного во всех бедах человека, проще всего будет снять ответственность с себя и возложить её на Путина».

…Ну, что тут скажешь? Российский президент, готовясь к «вечному» правлению, едва ли готовит себя к такой роли, когда на него, образно говоря, всех собак могут повесить. Но то, что такой вариант может быть вероятен (насколько – вопрос другой), – от этого никуда не денешься.

Понравилась статья? Поддержите Издание:

 

Leave a Comment

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

Мы используем cookie-файлы. Продолжая использовать этот сайт, вы соглашаетесь с использованием cookie-файлов.
Принять
Политика конфиденциальности