Не может без охранников король: задача росгвардии

Не может без охранников король: задача росгвардии. Совсем не мультяшная гвардия

В отличие от того воинства, которое представляет собой королевская охрана из мультипликационного фильма «Бременские музыканты», Росгвардия (она же – Федеральная служба войск национальной гвардии РФ) создана в апреле 2016 года и представляет собой куда как более серьёзную силу. С учётом входящих в неё войсковых частей (в том числе – и отрядов специального назначения), других вооружённых формирований (ОМОН – отрядов мобильных специального назначения, СОБР – специальных отрядов быстрого реагирования, подразделений вневедомственной охраны), а также территориальных органов, осуществляющих деятельность в области лицензионно-разрешительной работы, а также численности личного состава, достигающей (по официальным данным) около 400 тысяч человек, такая «внутренняя армия» может вполне оказаться сопоставима с Вооружёнными Силами. Правда, если последние призваны служить своеобразным противовесом для некой «внешней» угрозы, то назначение Росгвардии – в обеспечении «внутреннего» порядка (тот случай, который, в соответствии с Указом Президента РФ от 24 мая 2017 года «Об утверждении положения об оперативно-территориальном объединении войск национальной гвардии Российской Федерации», предполагает возможность в определённых условиях подключение ФСВНГ к выполнению задач, возложенных на Вооружённые Силы, а в иных, но тоже определённых условиях, – подключение как раз Вооружённых Сил к выполнению задач, специфических для Росгвардии, заслуживает отдельного рассмотрения). И то, как с такими функциями она справляется, более чем наглядно показали недавние события в Москве, где силы Росгвардии были брошены на разгон протестных акций. В самом деле, «когда идём – дрожит кругом земля». Для сравнения: когда в 2017 году водители-дальнобойщики проводили забастовку против пресловутой системы «Платон», то в ряде южных регионов России столкновений удалось избежать. Чего не скажешь про участников «Тракторного марша» в 2016 году, которых остановили, как раз, силы Росгвардии. Почти как по той же песенке: «Величество должны мы уберечь / От всяческих ему не нужных встреч».

Шутки – в сторону!

Едва ли уместной окажется ирония и по поводу недавнего, достаточно скандального, действия представителей этого правоохранительного ведомства. Ссылаясь на адвокатов и правозащитников, газета «Коммерсантъ» довольно подробно расписала попытку Росгвардии создать «универсального свидетеля». Прецедент оценивается источниками издания как нарушение российского законодательства.

Вопрос возник в связи с рассмотрением комиссией по делам несовершеннолетних дела об административном правонарушении 17-летней Ольги Мисик, которая была задержана на акции в поддержку Ивана Голунова в июне т.г. Активистке вменялось правонарушение, предусмотренное частью 6.1. статьи 20.2 КоАП РФ – создание помех транспорту и объектам социальной инфраструктуры в ходе несогласованного митинга. При этом свидетелем (вместо задерживавших её росгвардейцев) на заседание комиссии прибыл имевший доверенность юрисконсульт ведомства. В адвокатском сообществе такой демарш расценили как противоречащий российскому законодательству, тогда как в Росгвардии придерживаются диаметрально противоположного мнения.

Суть вменяемого выпускнице школы правонарушения – выход её к оцеплению Росгвардии и чтение вслух Конституции РФ. Рассмотрение этого дела тянется уже с июля. Неординарность процессу придаёт именно этот «лайфхак» (так своеобразно определила новшество адвокат Ольги Мисик), когда вместо конкретных задерживавших «правонарушительницу» бойцов выступает некий «универсальный свидетель». Такое «ноу-хау» ни в одном российском законе не предусмотрено, если не считать практики разбора случаев с дорожно-транспортными происшествиями. Но здесь-то – совсем иная ситуация: получивший доверенность на акции не присутствовал, задержанием не руководил, очевидцем событий не являлся. И на момент публикации в газете «Коммерсантъ» ясности не было, использовала ли комиссия по делам несовершеннолетних данные этого «универсального свидетеля».

В самой комиссии комментариев воздержались. А руководитель юридической службы проекта «Апология протеста» Алексей Глухов по данному инциденту заметил: «Единственным правом данного свидетеля могло быть сообщение о невозможности бойцов явиться на допрос».

Действительно, одно дело – участвовать в работе комиссии на правах наблюдателя или консультанта. И совсем другое (и противоречащее закону) – связанное с использованием свидетельских показаний, поскольку нарушает право обвиняемого на защиту, предполагает возможность обжалования решения комиссии. Как основанного на недопустимых доказательствах.

Ничего «личного» – только дело?

Несколько ранее произошло другое событие, которое тоже побуждает обратить на него внимание. Речь идёт о том, что в Совете по правам человека (конкретно – в постоянной комиссии по свободе информации и правам журналистов) проходило обсуждение проекта «Памятки для журналистов», работающих на митингах и других публичных мероприятиях. Свои замечания к проекту высказали Росгвардия и МВД России.

Хотя в СПЧ и отметили как обнадёживающий факт готовность правоохранителей из ФСВНГ «в дальнейшем принять участие в подготовке соответствующего совместного документа». А на данном, подготовительном,

этапе, в числе прочих мер, росгвардейцы предложили дополнить обязательства журналистов требованием «соблюдать конфиденциальность в отношении сведений о должностных лицах войск национальной гвардии и членах их семей». Очевидно, опасения, навеянные недавними судебными процессами, сыграли свою роль. Если с домочадцами такая предосторожность ещё как-то может быть увязана с известным изречением прошлого «Сын за отца не отвечает», то желание скрыть от прессы (да и от общества, которое эта пресса призвана информировать) не только лица, спрятанные под масками и балаклавами, но и имена «должностных лиц»… Это, наверное, – явный перебор. Ибо соотносится с намерением увести этих лиц, чья роль «почётна и завидна» (по всё той же песенке), от ответственности в случае превышения полномочий и иных должностных злодеяний.

Такого рода предложение о соблюдении конфиденциальности в определённой степени возможно считать ответом на законопроект о внешней идентификации сотрудников Росгвардии при несении службы в общественных местах. Этот законопроект был внесён в конце августа в Государственную Думу членом Совета Федерации Владимиром Лукиным (бывшим омбудсменом) и предполагает обязательное размещение на форме (амуниции) сотрудников полиции и ФСВНГ идентификационных номеров – тогда, когда правоохранители несут службу в общественных местах.

«Если близко воробей – Мы готовим пушку…»

Одной из свежайших (по времени публикации) новостей, опубликованных буквально на днях и касающихся темы Росгвардии, следует, по всей видимости, признать сообщение информационного агентства «VladTime» от 14 сентября. В публикации говорится о принятии в ведомстве на вооружение «щитов с нано звуком, которые называются «Шёпот»». Обеспечивая безопасность для применяющего систему сотрудника и его коллег, находящихся поблизости, это спецсредство способно воздействовать на все органы чувств на дистанции до 10 метров перед данным щитом. Сила звука, согласно обнародованным ТТХ, составляет до 120 дБ. Т.е. сопоставима с эффектом, если ухо слушающего окажется около турбины самолёта.

Приведённое информагентством мнение об этом (вроде как, нелетальном) средстве, защиту от которого не смогут обеспечить ни наушники, ни беруши, принадлежащее врачу-отоларингологу Алексею Кошелеву показывает всю дутую «гуманность» приспособления. Медик оценил последствия применения «Шёпота» – повреждения органов слуха. Самое страшное из них будет для внутреннего уха. Даже при кратковременном использовании такого акустического щита «могут разорваться барабанные перепонки». Вроде, и не смертельно, но тяжкий вред здоровью (сопоставимый с основаниями для признания человека инвалидом) гарантирован.

Даже если признать, что применение «Шёпота» окажется краткосрочным (в течение 30 секунд с перерывом на 15 секунд), такой акустической атаки вполне достаточно, чтобы многолюдная «толпа бушующих» оказалась выведенной из строя.

«…Если муха – муху бей! Взять её на мушку»

То же агентство, правда, неделей ранее прокомментировало появление опубликованных «военными издательствами» фотографий бойцов Росгвардии с винтовкой ВССК «Выхлоп». Эта винтовка снайперская специальная крупнокалиберная – весьма своеобразное оружие, предназначенное для скрытного поражения хорошо защищённых целей и целей, которые находятся за преградами на дистанциях до 600 метров. Об оружии известно, что его калибр составляет 12,7 мм и что служит оно для оснащения снайперов «самых элитных подразделений» (очевидно, в Росгвардии есть свои, родственные Силам специальных операций в ВС РФ, структуры).

…И это – совсем не фигуральная стрельба из пушки по воробьям. Или мухам из уже не раз цитированной песни на слова Юрия Энтина.

Понравилась статья? Поддержите нас:

Или расскажите в социальных сетях:

Leave a Comment

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

Мы используем cookie-файлы. Продолжая использовать этот сайт, вы соглашаетесь с использованием cookie-файлов.
Принять
Политика конфиденциальности