Кирилл Кузьминкин: химия – наука политическая?

Кирилл Кузьминкин: химия – наука политическая?

Следствие «оживилось». Что-то будет…

О возобновлении следственных действий по делу школьника из Москвы, которого обвиняют в изготовлении и хранении взрывчатых веществ, сообщила 25 ноября «Новая газета» со ссылкой на адвоката фигуранта уголовного дела. Сергей Ашанин уточнил, что получил копию постановления о возобновлении следственных действий в отношении Кирилла Кузьминкина, но в этом документе «следователь не привел никаких оснований для возобновления», в связи с чем защитник «уже подал жалобу в Пресненский суд Москвы на действия следствия». По информации адвоката, следствием дан отказ в удовлетворении ходатайства защиты о посещении 15-летним юношей школы и о разрешении ежедневных прогулок (после перевода под домашний арест школьник ни разу не выходил из дома).

Юный, но серьёзно опасный

Именно так пытались представить миру Кирилла Кузьминкина «правоохранители». В возрасте 14 лет (т.е. по достижении минимально возможного для привлечения к уголовной ответственности за совершение вменяемых деяний) он был арестован 2 ноября 2018 года. Обвинения же – более чем основательные в силу тяжести статей УК: представители СК России поначалу обвиняли в незаконном изготовлении и хранении взрывчатки в составе организованной группы (по части 3 статьи 222.1 и статье 223.1 Уголовного кодекса РФ). Окончательный вариант обвинительного заключения оказался несколько мягче первоначального, поскольку доказательств действий молодого человека в составе организованной группы следователи так и не нашли. А 30 октября Мосгорсуд изменил меру пресечения Кузьминкину (в качестве ремарки можно заметить, что, возможно, сыграли свою роли и пикеты вокруг здания суда, участники которых выражали несогласие с действиями правоохранительных органов). Подросток был переведён из СИЗО под домашний арест.

Интернет-ресурс «ОВД-Инфо» объяснил пребывание молодого москвича под стражей тем, что он «изготовил пиротехническую смесь и переписывался с Михаилом Жлобицким, который взорвал себя в здании УФСБ в Архангельске». Ресурс, сославшись на руководителя правозащитной организации «Агора» Павла Чикова, указал на «волну прессинга», под действие которой подпали в первую очередь те, кто высказал одобрительные оценки (как это увидели «силовики») по отношению к действиям подорвавшего себя подростка. В конце 2018 – начале 2019 года было возбуждено не менее девяти уголовных дел. Допрашивали и анархистов, и иных людей, придерживающихся оппозиционных взглядов. «Правоохранителей» интересовала возможность контактов допрашиваемых с Михаилом Жлобицким, в том числе – переписки с ним. Всё это имело целью выявить хоть какие-то зацепки, выводящие на организованную криминальную группу. Оппозиционный политик Геннадий Гудков, отдавший в своё время часть жизни службы в органах безопасности, тогда отметил, что поиск возможных соучастников и сообщников Жлобицкого вполне связан с «общей атмосферой паранойи и поиска заговоров, которая характерна для российских властей». На этом фоне задержание, а следом – и арест Кузьминкина выглядит логичным шагом: фигурант контачил с Жлобицким в соцсетях, консультировался по вопросам рецептуры пиротехнических составов. Об этом заявил адвокат Кирилла Кузьминкина Сергей Ашанин.

Задержание проводила группа захвата, состоявшая примерно из полутора десятков сотрудников. А обыски на даче и в квартире матери подростка (в связи с тем, что родители парня разведены), по данным защитника, проведены были без разрешения суда. Изъятой, как полагает адвокат, оказалась пиротехническая смесь, хотя и аммиачная селитра, и уголь имеются в свободной продаже; поэтому называть «взрывчатым» данное вещество едва ли уместно.

Доказать… любой ценой?

В той же публикации «ОВД-Инфо» отражены весьма показательные моменты, на которые обратил внимание адвокат Сергей Ашанин. В материалах уголовного дела не были приведены ни наименования, ни количество (вес) изъятых веществ, что даёт повод для признания этих данных «достаточным основанием для предъявления обвинения».

Явным нарушением закона было проведение – всю ночь напролёт – допроса несовершеннолетних друзей задержанного, да и обстоятельства этого допроса не вполне ясны. Как отметил защитник, «в протоколах ночных допросов много формулировок, нехарактерных для подростков».

Переутомление самого Кирилла Кузьминкина (его задержали в семь утра, а в 22:30 подростку в кабинете следователя оказалась нужна медицинская помощь) явилось явным последствием нарушения норм УПК РФ представителями следственных органов.

Поскольку незаконное изготовление взрывчатых веществ и незаконное ношение и хранение взрывчатых веществ, тем более – в составе группы лиц, уголовным законодательством признаётся тяжким преступлением, то московского школьника водворили в СИЗО. Однако недоказанность действий в группе (это выяснилось к 16 апреля т.г.) не привела к изменению меры пресечения. По сведениям «ОВД-Инфо», отказывавшегося признать вину школьника пытались запугать обвинениями в терроризме. Якобы он намеревался устроить взрыв во время «Русского марша».

Отец Кирилла Кузьминкина полагал увлечение сына пиротехникой вполне нормальным для подростка, а повышенное внимание спецслужб к юноше могло быть связано с интересом молодого человека политикой (в том числе – участием в митинге против пенсионной реформы).

В конце октября, когда опубликован материал «ОВД-Инфо» Кирилл Кузьминкин не признавал вину, отказался от дачи показаний на этапе предварительного следствия. После изучения всех материалов уголовного дела сторона защиты намеревалась сформулировать позицию. Ожидалось и утверждение обвинительного заключения прокурором и передача дела в суд.

Процессуальные «изюминки»

Говоря о ходе уже завершённого предварительного следствия, никак невозможно обойти молчанием не лестные для «правоохранителей» моменты. Ряд их отметила в своих публикациях «Новая газета».

Так, издание ещё 25 октября указывало на то, что родственники Кирилла Кузьминкина были уверены в невозможности для подростка «собрать настоящую бомбу», что, собственно, подтвердили и эксперты, анализируя «арсенал» молодого пиротехника.

В той же публикации уделено внимание и тому, как действовали «силовики» при его задержании. Дедушка Кирилла Кузьминкина отметил те угрозы, которые звучали в то утро и были адресованы его внуку: «Засунем в жопу палку – и всё расскажешь».

Проведённый с согласия деда «осмотр места происшествия» в квартире более напоминал обыск, но проводился он – в нарушение уголовно-процессуального законодательства – без санкции суда. Сменивший дознавателя из полиции следователь из Следственного комитета, по словам родственников Кирилла Кузьминкина, буквально выдворила из квартиры всех, включая приехавшего адвоката, и оставшись там только с экспертом.

Явно не в ладах с законом оказались и оперативники, заведя задержанного на кухню – «поговорить», хотя такие действия не только не предусмотрены УПК РФ вообще и недопустимы в случаях с несовершеннолетними.

Не меньшей, наверное, странностью являлось и то, что у Кирилла Кузьминкина, делавшего, по словам его родных, «хлопушки и прочую безобидную пиротехнику», оказались именно изъятые материалы. Этот момент не прояснило и следствие.

При отказе подследственного давать какие-либо показания (такая тактика была согласована со стороной защиты) комментарии давал исключительно адвокат – Сергей Ашанин. Так, он заявил о подзащитном: «Он не отрицает, что использовал эти компоненты для изготовления пиротехнических составов. На психолого-психиатрической экспертизе говорил, что делал хлопушки, «нравится, как бабахает»».

Когда 6 ноября 2018 года в Пресненском суде Москвы следователь выступал с требованием об аресте Кирилла Кузьминкина, представитель прокуратуры настаивал на применении меры пресечения, не связанной с лишением подследственного свободы. Но судья Сергей Артёмов, как выразилась «Новая газета», «отправил школьника в СИЗО».

Весьма грозным выглядят фрагменты постановления следователя об изготовлении обвиняемым перекиси ацетона и аммиачной селитры, а также использование общественного транспорта для их перемещения. Но совершенно непонятно, «что конкретно обвиняемый пытался сделать с этими веществами и куда их перевозил», ибо следствие это не выяснило.

Главным же «проколом» следствия, как можно понять, стали выводы экспертиз обнаруженных материалов: они убедили в том, что доказательств возможности «собрать взрывчатку» из обнаруженного не нашлось. Собственно говоря, в том же убедили и эксперты, проводившие исследования в рамках поручений от стороны защиты.

Несостоятельными, как полагает адвокат Кирилла Кузьминкина, является и обвинение в нарушении законодательства о хранении и обороте оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ. Такое впечатление, что следствие не знакомо с соответствующими разъяснениями Пленума Верховного суда РФ. Небольшое количество обнаруженных у фигуранта уголовного дела материалов само по себе не может рассматриваться как единственное основание для возбуждения дела: вопрос о мотиве деяния словно выпал из внимания следствия.

Уместно привести публикуемое «Новой газетой» мнение адвоката Алексея Ладина: «Я вижу такую тенденцию, что правоохранительные органы пытаются свести многие политические дела к терроризму. Очень много возбуждено уголовных дел, где нет террористической составляющей или пропаганды терроризма, но им нужно как-то выкручиваться. Порой доходит до абсурда». В случае же с Кириллом Кузьминкиным стало известно, что у следствия имелось намерение переквалифицировать уголовное дело на статью 205 УК РФ, но официально обвинение в подготовке теракта предъявлено так и не было.

Новый левацкий террор: миф или реальность?

Разобраться в этом вопросе (более того, наметить возможные пути победы над этим самым «новым левацким террором») попытался интернет-портал km.ru буквально через неполных две недели после ареста Кирилла Кузьминкина. Не иначе, по состоянию на середину ноября минувшего года тема выглядела весьма актуально. Потому как оповестил данный ресурс, «ФСБ и полиция разыскивают в Москве с десяток молодых анархистов, которые могли быть замешаны в подготовке терактов». Прочитавшему такую фразу, судя по всему, сразу же должно быть ясно: правоохранительные структуры – такие молодцы, заботятся о нашей безопасности, а анархисты, тем более – молодые и численно немногие – это «такие-сякие» негодники. Такие, которые не дают «государевым людям» спокойно складировать миллиарды рублей на квартирах, утаивая их от посторонних глаз. Ведь едва ли возможно признать охи-вздохи директора ФСБ Александра Бортникова попыткой как-то реабилитировать «службу» в глазах общественности: «С этим надо что-то делать. Просто времени у нас нет, надо принимать соответствующие меры… Это молодёжная среда. Это люди, которые являются приверженцами тех или иных идей, объединяющиеся в группы, причём – в закрытые группы, преследующие цели активного противодействия существующей власти причем методами вооружённой борьбы». Ну, вот, молодёжь уже, считай, записали во враги народа. Или государства… Приехали! Тем более, и поводы для того – как на подбор: то Владислав Росляков в керченском колледже «охоту» устроил, то Михаил Жлобицкий напомнил о народовольцах XIX века. Одно зло неизбежно порождает другое, одна неадекватность приводит к другой. Дурдом какой-то… И на этом фоне – вот «подарок судьбы»! – под горячую руку (или, может, как-то иначе) попал 14-летний школьник, чьё имя теперь уже едва ли запретит упоминать Роскомнадзор, уж слишком часто оно упоминается, в том числе всуе. А всё тот же ресурс km.ru, назвав ситуацию «безусловно, взрывоопасной», уже готов, как говорится, всех собак повесить на анархистов и сочувствующих им. Естественно, что противоправное, а не только социально опасное, поведение ни в коей мере не может быть одобрено и, тем паче, героизировано. С этим не поспоришь. Но вот называть того же Кирилла Кузьминкина (очевидно, по той причине, что он контачил с архангельским подрывником) «собиравшим дома мощную бомбу для проведения теракта на массовом мероприятии в День народного единства 4 ноября»? И когда – когда следствие ещё делало только первые шаги, а судебный процесс не был виден даже на горизонте? Это что-то сродни бегу впереди паровоза. Не просто неэтично – называть человека преступником, пока таковым его не признал суд. Это вполне «тянет» на судебный иск о защите доброго (по крайней мере, на тот момент) имени. Хотя… далеко не все, причисляющие себя к когорте журналистов, больше похожи на записных борзописцев, чем добропорядочных репортёров. К числу последних из названных уместно отнести куда как более осторожно относящихся к слову представителей «Коммерсанта». Именно это издание 10 ноября 2018 года отметило: «Как стало известно «Ъ», ФСБ и полиция разыскивают в Москве с десяток молодых анархистов, которые могли быть замешаны в подготовке терактов и незаконном обороте взрывчатки. На предполагаемое подполье чекисты вышли в рамках расследования дела о самоподрыве, который совершил в здании УФСБ Архангельской области второкурсник политехнического техникума».

Проводимые в дальнейшем тексте публикации km.ru аналогии призваны убедить читателя в некой исторической параллели с событиями кануна первой русской революции 1905–1907 годов. С тем явлением, которое названо «разгулом революционного террора». Нашлись (вернее, назначены) и виноватые в том, что такое безобразие имеет место быть. В сём убеждает цитата: «Подобные тенденции в анархистском движении идут не первый год, просто до какого-то момента благодаря замалчиванию этой темы в либеральных СМИ (где трудится немало приверженцев леворадикальных идей) общество их не замечало…».

Впрочем, в такой тираде нет ничего удивительного, поскольку автором публикации портала km.ru является Владимир Лактюшин, руководитель движения «Тигры Родины» (молодежного крыла партии «Родина»). В силу партийной идеологии, царящей в голове такого деятеля, становится вполне понятным отношение и к «активно пропагандируемой на левых и либеральных сайтах версии, что теракты – это, мол, «ответ молодёжи на преследования со стороны силовиков»». Пытаясь, насколько это оказалось возможно, полемизировать с директором Информационно-аналитического центра «Сова» Александром Верховским, Владимир Лактюшин договорился до того, что назвал реплику оппонента «пропагандистским конструктом, по сути, оправдывающим террористов в глазах общества», а заодно – и «элементом давления на силовиков». И обозначил, что государство «обязано предпринять системные меры для решения этой проблемы». Что, в принципе, и делают и МВД России, и ФСБ. Так, полицейское ведомство, отвечая на запрос «Интерфакса», чисто в казённом стиле ответило 10 ноября 2018 года: «Координация мероприятий по выработке мер, направленных на совершенствование механизма выявления, предупреждения, пресечения и раскрытия преступлений, связанных с выявлением лиц, склоняющих несовершеннолетних к суицидальному поведению, а также вовлекающих их в различные криминально-ориентированные, в том числе радикальные сообщества посредством сети интернет, возложена на рабочую группу при Бюро специальных технических мероприятий (БСМТ) МВД». А директор ФСБ России Александр Бортников несколькими днями ранее высказался куда как более просто и доходчиво: «Свои предложения мы руководству страны обязательно доложим… Я думаю, в этом ключе будем активно работать – не только силовики, но и органы власти, гражданское общество, школа».

С чем с автором публикации km.ru можно и нужно согласиться, так это с утверждением о необходимости комплексного подхода к профилактике. Другая составляющая побуждает призадуматься. Ибо равно необходимой называется «системная работа по искоренению леворадикальной среды, раз за разом порождающей террористов». Не то, что борьба с терроризмом вызывает сомнения (в этом-то как раз сомнений и нет). И даже сравнение криминогенной среды с «грибницей, таящейся под землёй и регулярно порождающей плоды, появление которых не избежать, если не уничтожить их источник». И указание на то, что «её нужно изучить и выявить». Сомнения порождает стремление ликвидировать последствия, не вникая в условия, в предпосылки для развития такого явления. Ведь, если не будет питательной среды, да и соответствующего микроклимата, то ни о каком произрастании не может быть и речи. Но понимание такого, в общем-то, очевидного к автору анализируемой публикации, скорее всего, так и не пришло. Поэтому-то в реальность «нового левацкого террора» как чего-то массового верится с превеликим трудом. Хотя угроза как таковая всё же существует.

Георгий Кулаков

Понравилась статья? Поддержите Издание:

Или поделитесь в социальных сетях:

Leave a Comment

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

Мы используем cookie-файлы. Продолжая использовать этот сайт, вы соглашаетесь с использованием cookie-файлов.
Принять
Политика конфиденциальности